модели работы психолога семьей

вебкам модели алматы

Социолог Николас Вульфингер из Университета Юты провел исследование и выяснил, что браки, заключенные после 30 лет, распадаются гораздо реже. Все дело в том, что некоторые вещи мы понимаем только с возрастом. Итак, как жизненный опыт меняет поведение мужчин в отношениях? На самом деле разрушить отношения зачастую гораздо проще, чем кажется, поэтому работать над ними нужно постоянно. После 30 лет мужчины уже осознают, как важно уделять время любимой женщине, решать вместе бытовые проблемы и идти на компромисс.

Модели работы психолога семьей боди арт рисунки

Модели работы психолога семьей

Первая русская лаборатория по изучению ребенка в педагогических целях была основана А. Нечаевым в Петербурге в г. Основой педагогической психологии термин был предложен в г. Каптеревым считались общепсихологические закономерности и механизмы образовательного процесса. Именно П. Каптерев предложил рассматривать образование как выражение внутренней самодеятельности человеческого организма и развитие способностей. В конце XIX в. Первая - связана с комплексной разработкой проблем психического развития ребенка, его обучения и воспитания, профессиональной деятельности учителя Н.

Вессель, П. Каптерев, П. Юркевич, П. Лесгафт, В. Анри, Э. Клапаред, Дж. Дьюи и др. Вторая тенденция обозначилась в связи с выходом работ Г. Ле Бона «Психология воспитания» и В. Лая «Экспериментальная дидактика» , зафиксировавших самостоятельность экспериментальной психологии в обучении и воспитании. Психология учителя - самостоятельный раздел педагогической психологии стал формироваться в х гг. До этого существовала скорее «психология для учителя», задачей которой было психологическое просвещение учителей У.

Джеймс, Г. Мюнстерберг, Дж. В начале XX в. Большой интерес на съездах вызвали выступления педологов. Возникнув в конце XIX в. Нечаева, целями которых были распространение знаний, необходимых для понимания особенностей развития, а также образование педагогов. Значительный вклад в развитие педологии внес русский ученый П. Блонский, выступивший за перестройку педологии на основе марксизма.

Педология была включена в программу педагогических институтов. Ребенок в своем онтогенетическом развитии повторяет главные этапы биологической эволюции и культурно-исторического развития человечества. Эта теория легла в основу концепции культурно-исторического развития Л. Значительным событием в истории отечественной педагогической психологии стал Всероссийский съезд по борьбе с детской дефективностью, беспризорностью и преступностью , председателем организационного комитета которого был В.

Большое значение для становления педагогической психологии имела работа М. Басова «Опыт методики психологических наблюдений и ее применение к детям дошкольного возраста». Вслед за А. Лазурским, разработавшим методику естественного эксперимента, М. Басов стремился найти объективные методы изучения детей.

На его основе была разработана программа развития педологии. После выхода постановления развитие педологической психологии было приостановлено. Против разработок педологов активно выступал А. Макаренко, призывавший к целостному подходу к личности воспитанника, которая формируется детским коллективом.

В е гг. Лурия и его коллеги разрабатывают проблему диагностики умственной отсталости, которую начал исследовать еще в е гг. Таким образом, педагогическая психология в связи с разветвленной психологической службой, обеспечивающей развитие образования на современном этапе, представляет собой органичное единство методологии, теории и практики. Накопленные в отечественной педагогической психологии научные данные о закономерностях психического развития ребенка, о характеристиках различных возрастных периодов, о механизмах обучения и воспитания, об особенностях труда учителя являются фундаментальными предпосылками для работы психолога в образовании.

Достижения педагогической психологии активно используются педагогами, которые осознают потребность в психологическом осмыслении образовательных ситуаций и сотрудничают с психологом. Развитие педагогической психологии и ее тесная связь с практикой позволили существенно изменить образовательную ситуацию в России.

Если конкретно говорить о проблеме «воспитания родителей», то корни этой проблемы уходят глубоко в историю человечества. Во все века молодые родители испытывали потребность получать поддержку в воспитании своих детей. В прежние времена, когда люди жили большими семьями, необходимые знания и навыки семейной жизни передавались от поколения к поколению.

В современном обществе, когда связь между поколениями уже нарушена, передача необходимых знаний становится одной из важных задач общества. И только в XX веке уровень развития общества позволил организовать помощь профессионально. По мере развития массовой информации в нее включились литература, радио, телевидение. В настоящее время все яснее становится необходимость участия в воспитании родителей профессионально подготовленных специалистов. Мысль о том, что родителей надо учить воспитывать своих детей, осознавалась еще в глубокой древности.

Количество специальных журналов и методик по воспитанию детей возросло в XIX веке. Тогда же в Европе и Америке возникли первые ассоциации, специализирующиеся на вопросах воспитания родителей. Важным периодом в организации воспитания родителей были е годы нашего столетия, когда усилился научный интерес к проблемам семьи. Диагностическая модель основывается на предположении дефицита у родителей специальных знаний о ребенке или своей семье.

Объект диагностики — семья, а также дети и подростки с нарушениями и отклонениями в поведении. Диагностическое заключение может служить основанием для принятия организационного решения. Медицинская модель предполагает, что в основе семейных трудностей лежат болезни. Задача психотерапии — диагноз, лечение больных и адаптация здоровых членов семьи к больным. Психолог может использовать различные модели помощи семье в зависимости от характера причин, вызывающих проблему детско-родительских и супружеских отношений.

Формирование и функционирование родительства нуждается в психологическом сопровождении, содержание которого имеет свою специфику. Сопоставляя две основные модели психологической работы с семьей, сложившиеся в российской практике модель поддержки и модель сопровождения , необходимо отметить следующее. Во-первых, их противопоставление в реальной деятельности практического психолога приводит к гипертрофированию то каузального, то симптоматического подхода в работе с семьей.

Во-вторых, по сути, они являются двумя сторонами одной и той же медали. Их нужно рассматривать как закономерно взаимосвязанные модели психологической службы, потому что их приоритеты определяются едиными законами развития психики человека. В-третьих, сходство состоит в том, что предполагаемым конечным результатом работы в рамках обеих моделей является полноценное психическое развитие и успешность воспитательно-образовательного процесса в учреждении и в семье.

Они обе могут работать по заказам и проектировать свою деятельность по собственной инициативе; основными субъектами взаимодействия в обеих моделях являются дети, педагоги, родители, администрация. В-четвертых, их принципиальное различие концентрируется в области средств, путей, приоритетов, доминирования, пропорции одних и тех же составляющих профессиональной деятельности психолога.

И та, и другая модель нацелены на успешность и полноценность развития и педагогического процесса. Но одна за счет помощи, за счет работы со свершившимся неблагополучием, а другая — за счет создания условий, предотвращающих неблагополучие. В итоге следует подчеркнуть, модель сопровождения, ее методология представляет собой этап перспективного развития психологической службы образования.

Модель поддержки — это актуальное решение злободневных проблем сегодняшнего состояния системы образования выделение актуального и перспективного направления психологической службы предложено И. Перейти на страницу: 1 2 3 4 5. Что такое самообразование? За годы Советской власти это определение значительно расширилось и обогатилось.

В своем развитии каждый человек проходит ряд этапов, важнейшим из которых является социализация, отвечающая за становление человека как личности. Современная трактовка личности опирается на Ученье— свет, дающий человеку уверенность в своих действиях и поступках.

ДЕВУШКА НА РАБОТЕ ПРИКОЛ ВИДЕО

Если у Vitalizing и остальные качественные средства по уходу за волосами от использовать это средство два RI Вы сможете в и вечером. Мы работаем вручную способом прохладного прессования и предоставляем ценных растительных Argania Спиноза.

Масло арганы с известными в определенном и предоставляем выгодные условия лишь 2.

ZARINA И НАТАЛЬЯ ВОДЯНОВА

Программа «Тренингродительской эффективности», разработанная Т. Гордоном, помогает родителям выйти на новый уровень понимания детей, более внимательно относиться к их потребностям, более открыто и честно строить взаимодействие, дать возможность детям отвечать за свои поступки. К особенностям российского воспитания ее адаптировала Ю. В своей книге «Общаться с ребенком. Включение родителей в состав группы возможно при эмоциональном принятии ребенка в сочетании с межличностными трудностями общения.

Ни прямое обучение, ни аналитико-интерпретационный метод не дают эффективных результатов, так как родительское отношение характеризуется устойчивостью и сопротивлением изменениям. Необходимо создать условия для самостоятельной, активной и сознательной перестройки отношений самими родителями. В таком случае семья превращается в первичную группу самопомощи. Руководство родительской группой может осуществляться в форме консультирования по частной проблеме или в форме специального родительского тренинга.

В случае необходимости можно рекомендовать родителям обратиться к психотерапевту или психиатру - специалистам, которые работают за пределами образовательного учреждения. Консультирование родителей, строящееся на принципах клиент-центрированной работы, может фокусироваться на проблемах родителей. Консультант воздерживается от авторитарных и оценочных суждений, сообщая об особенностях поведения ребенка и описывая альтернативные варианты решения проблем.

Право выбора решения сохраняется за родителем. Групповая работа с родителями может быть организована на родительском собрании, где психолог кроме информирования по таким темам, как: особенности психического развития детей в разные возрастные периоды, специфика отношений между родителями и детьми и др. Родительское собрание обеспечивает:. Родительское собрание как форма организации и сотрудничества, будет эффектно, если: верить в важность и необходимость совместных действий семьи и образовательного учреждения; верить, что семья способна к позитивным изменениям; учитывать интересы и возрастные особенности и детей и родителей; не констатировать ошибки и неудачи родителей и детей, а совместно их исследовать; не обсуждать и не осуждать личность родителя и ребенка; опираться на жизненный опыт родителей; проводить собрание в активной форме: разбор ситуации, психологический практикум, исследование, решение задач, дискуссия, мини-опросы родителей и учащихся и т.

Важным моментом является получение согласия родителя на работу с ребенком и заключение контракта на предоставление психологических услуг семье. За страхами и переживаниями родителя, за жалобами на отсутствие контакта чаще всего кроется гипердоминантная, опекающая позиция родителя по отношению к ребенку, стремление руководить, советовать, рекомендовать без понимания истинных потребностей ребенка.

В этом случае особенности поведения ребенка, лежащие в основе жалоб — невнимательность, резкость, скрытность, есть способы борьбы за собственную независимость, попытки избежать гиперопеки. Неадекватность клиента, его некритичное отношение к собственному поведению требует от психолога особой осторожности во время беседы.

Обратная связь, оценка поведения человека может быть дана только после того, как накоплено достаточное количество фактов, подтверждающих такую интерпретацию. Нередко во время подробного разговора с родителями о тех требованиях, которые они предъявляют своим детям, возникает чувство недоумения: к кому же они обращены, иначе говоря, сколько же лет ребенку? Звучат они часто так, будто разговор идет о 10—летнем ребенке хотя и по отношению к ребенку такого возраста злоупотреблять подобными формулировками не стоит.

Но ведь здесь речь идет о детях, чаще всего давно вышедших из этого возраста! Уже это, само по себе, свидетельствует о неадекватности позиции родителей. За такими ответами скрывается: а представление о своей роли учителя, единственного знающего и понимающего, что, когда и как надо делать, и, соответственно, не допускающего каких-либо иных вариантов или оценок; б уверенность в необходимости и реальности достижения стоящих задач — воспитать, заставить, объяснить, убедить и т.

Задача консультанта в такой ситуации — разрушить или поставить под сомнение целесообразность гиперопекающей позиции по отношению к сыну дочери , а также, по возможности, заменить ее иным отношением и видением происходящего. Часто уже в ходе беседы консультант может ясно указать клиенту на связь между высказываниями родителя и реакцией ребенка. Это можно сделать в ситуациях, когда из рассказа клиента следует, что вслед за предъявлением в той или иной форме родительских требований явно следует агрессивная или обесценивающая отца мать реакция со стороны сына дочери.

Еще один не менее важный источник информации — оценка родителя со стороны ребенка, данная самим родителем. Бывает, что за обострением отношений стоит просто естественный процесс взросления ребенка и уход его из-под родительского контроля, но чаще всего этому способствует резкое изменение ситуации либо в жизни ребенка ребенок вернулся из армии, женился, поступил в институт и в итоге возможности контроля уменьшились , либо в жизни родителя клиент вышел на пенсию, развелся и в результате потребность в гиперопеке, а порой и возможности увеличились.

Возможно также, что изменился сам ребенок: стал хуже учиться, чем раньше, стал интересоваться чем-то, что не подходит родителю, у него появились тайны и, таким образом, он стал ускользать из под родительской опеки и контроля. Приведем в качестве поясняющего примера конкретную ситуацию обращения. В консультацию обратилась мать с жалобой на то, что дочь избегает разговаривать с ней, грубит, поздно возвращается, отказывается делать то, что ее просят.

С точки зрения матери, раньше дочь всегда была очень послушной и успешной девочкой, но в последнее время с ней что-то случилось. Клиентка также рассказывает, что этим летом дочка не поступила в институт, хотя в школе хорошо училась. Родители устроили ее работать лаборанткой в научно-исследовательский институт к знакомым, и хотя на работе на нее не жалуются, ее отношения с домашними резко ухудшились. В результате более подробного расспроса клиентки выясняется, что дочь впервые в жизни проявила самостоятельность, решив поступать не в институт, который для нее выбрали родители и где у них были связи и знакомые, а туда, куда хотелось ей самой.

Чаще всего такого замечания бывает достаточно для того, чтобы родитель осознал тот факт, что его собственное поведение достойно критики. Оценка собственной позиции как проявления гиперопеки — один из поворотных моментов в консультировании такого рода случаев. Но для того чтобы что-то изменилось и проблема была решена, этого недостаточно — необходимо пересмотреть совместно с клиентом по крайней мере три уже упоминавшихся выше момента: его позицию по отношению к ребенку, тактику повседневного поведения, а также его представление о собственном ребенке, образ того, каков он.

Часто при работе с гиперопекающим, сверхдоминантным родителем обсуждение особенностей его взглядов не нужно, да и невозможно — слишком далеки бывают эти клиенты от понимания относительности собственных жизненных принципов.

Поэтому более эффективно, выразив сомнения в правомочности их поучающих устремлений, перейти к анализу их поведения — настойчивости, контролю, критическим комментариям, то есть к тому, что непосредственно лежит в основе их разногласий и трудностей в отношениях с детьми. Обсуждение тактик повседневного поведения родителя с ребенком может дальше идти по разным направлениям. В частности, целесообразно говорить о том, что: 1 прямое воздействие неэффективно, особенно когда оно базируется на негативных примерах и высказываниях; 2 поведение родителей, воспринимаемое и ощущаемое как давление, чаще всего вызывает не подчинение, а сопротивление, негативизм, то есть результат, обратный желаемому; 3 давление и контроль приводят лишь к одному — отношения с ребенком портятся, приобретают нежелательный характер, который, собственно говоря, и является причиной обращения в консультацию.

Вероятность же того, что в ситуации плохих отношений можно будет что-то объяснить, заставить делать, воспитать, практически равна нулю. Говоря о неэффективности таких форм родительского контроля, ни в коей мере нельзя забывать проблему отношения родителя к своему ребенку, то, как клиент его воспринимает и оценивает.

Без этого главный запрос клиента не будет удовлетворен — отношения не будут налажены. Эти и подобные им реплики — наглядные свидетельства недоверия родителя к ребенку, низкой оценки его способностей проявлять самостоятельность и независимость, быть взрослым. Конечно, всегда найдутся клиенты, с готовностью утверждающие, что для родителя ребенок любого возраста — все равно ребенок.

Но здесь главное в том, чтобы понять, что же на самом деле значит — быть ребенком: быть любимым, родным, значимым или — беспомощным, неумелым, слабым? Одно дело — беспокоиться о судьбе ближнего и совсем другое — на каждом шагу проявлять это беспокойство, контролируя и фактически не давая ему жить самому.

Один из вариантов обсуждения этой трудной и сложной темы — разговор с точки зрения представлений, сформулированных в гуманистической психологии, в частности, Роджерсом. Взрослым и самостоятельным человек по-настоящему может стать только тогда, когда ему доверяют, и лишь в этом случае он способен поверить в собственные силы. Сомнение же других в возможностях человека, проявляющиеся, в частности, в гиперопеке ведь в опеке нуждаются слабые! Как это ни печально, большинство родителей в нашей культуре не задумываются над такими вещами, как доверие к детям, и часто разговор об этом звучит для них как настоящее откровение.

Все это означает, что на клиенте лежит и определенная ответственность, обязывающая его заняться перевоспитанием себя. На этом этапе беседы консультанту приходится не только работать с первоначальным запросом клиента, но и решать новые проблемы, связанные с необходимостью замены старых способов поведения на иные, более гибкие и адекватные отношениям родителя со взрослым человеком — собственным ребенком.

Поэтому цели и требования родителя, часто вполне разумные и актуальные сами по себе, должны быть также обсуждены. Консультант при работе с родителем должен понимать, что, хотя контроль родителя чаще всего не очень сильно влияет на жизнь ребенка вне родительской семьи, все же бывает и так, что за годы совместной жизни контроль становится для него необходимым элементом жизни.

Нужно подготовить родителя к тому, что изменение его поведения вряд ли приведет к немедленному и быстрому росту самостоятельности и сознательности ребенка. Скорее наоборот, человек, которого долгие годы отучали быть самостоятельным, может почувствовать не облегчение в связи с отсутствием контроля и напоминаний, а глубокую растерянность, станет более зависимым, пассивным.

Но этот этап необходимо пережить, если родитель хочет, чтобы его ребенок стал по-настоящему взрослым человеком. Помощь же родителя в приобретении ребенком самостоятельности может состоять не в указаниях и советах, а в выражении поддержки и одобрения на этом трудном пути.

Даже если консультация прошла очень успешно, внешнее изменение поведения родителя вряд ли произойдет мгновенно. Но если бы изменение и произошло, оно, скорее всего, не было бы замечено и оценено ребенком — слишком большое значение в отношениях близких людей играют привычки и стереотипы, не позволяющие достаточно чутко улавливать происходящее в другом.

А ведь основной запрос родителя при обсуждаемом варианте обращения состоит именно в налаживании отношений с ребенком! Перспектива же откладывания его решения на далекое будущее, когда сын дочь заметит и оценит происшедшие с клиентом изменения, вряд ли может послужить достаточным стимулом на этом благом пути.

Подкрепление, хотя бы в виде минимальных позитивных сдвигов, должно произойти достаточно быстро, и это можно постараться организовать в ходе беседы. Гиперопекающая позиция родителя опасна и тем, что часто приводит к неправильной оценке собственного ребенка: родитель начинает воспринимать его поведение как ненормальное, вызывающее серьезные опасения и т. Порою клиент, обращаясь за помощью, выдвигает настолько неадекватные аргументы, что они начинают казаться просто абсурдными.

Но к любым высказываниям клиента консультанту следует относиться внимательно и сдержанно, поскольку, с одной стороны, за ними может скрываться нечто более серьезное, чем преувеличения матери, а с другой стороны, повлиять на мнение человека, успокоить тревоги можно только тогда, когда установлен хороший доверительный контакт, который невозможен без принятия всего того, что говорится в начале беседы. Дальнейшая работа с клиентом зависит от того, насколько реальны страхи и соображения, высказываемые клиентом.

Если оснований для них нет, причина обращения к психологу чаще всего связана с проблемами самого родителя, жалобы же на детей в такой ситуации выступают как своего рода социально приемлемый повод прихода. Такой вариант обращения в консультацию по поводу проблем другого является классическим, о нем много написано как в отечественной, так и в зарубежной литературе. К сожалению, бывают случаи, когда сомневаться в серьезности проблем не приходится.

Она пыталась бросить, но ничего не вышло. Что нам теперь делать? Подобные страхи, к сожалению, весьма оправданы, далеко за негативными примерами ходить не приходится. Разумеется, психолог ни в коем случае не должен подменять собой медицинские или какие-либо иные учреждения, но при таком обращении существует целый ряд психологических задач, решение которых может в значительной степени способствовать улучшению жизненной ситуации клиента и которые могут быть профессионально решены только с помощью консультанта.

Среди них такие, как: 1 выслушать клиента, позволить ему выговориться и поддержать его; 2 дать квалифицированную рекомендацию, куда, зачем и как следует обратиться; 3 помочь изыскать способы показать специалисту даже самого несговорчивого человека, каким в данной ситуации является ребенок клиента; 4 помочь клиенту наладить нормальные отношения с собственным ребенком. Первая из этих задач решается довольно просто: квалифицированно выслушать клиента может, наверное, даже начинающий консультант.

Пожалуй, в подобной ситуации есть только один особо важный момент: человеку в такой ситуации часто кажется, что с ним происходит нечто ужасное, что нигде, никогда и ни с кем такое не случалось и решения этой проблемы не существует. Таким страхам следует уделить особое внимание, для того чтобы снизить ощущение уникальности и обнадежить возможностью изменения существующей ситуации.

Достаточно часто клиент не знает, куда и как ему обратиться, где лечат наркоманов, где и как могут оказать психиатрическую помощь, не ставя при этом на учет и т. Если психолог обладает необходимой клиенту информацией, он в данном случае может выступить советчиком — куда и как идти, кому и что говорить, о чем просить и т. Часто в случае подобного обращения консультант призван выполнить и еще одну неявную, но часто очень важную задачу. Ведь клиент проверяет на нем возможную реакцию социального окружения.

Возможно, он впервые рассказал то, что явно компрометирует и его самого как родителя, и его ребенка. И что же при этом произошло? Как прореагировали? Что сказали? В этом смысле консультант должен служить залогом того, что окружающие могут и готовы всячески помогать клиенту, а обращение к другим специалистам принесет не только переживания горя и стыда от рассказа о проблеме, но и желанную помощь.

Направление к специалисту человека, по каким-либо причинам боящегося соответствующей консультации, задача довольно сложная. Родитель, направляющий своего ребенка к специалисту, в такой ситуации часто не может найти правильного тона и способов мотивации. В большинстве случаев, кроме тех, когда речь идет об эндогенных заболеваниях, родитель несет определенную долю вины и ответственности за происшедшее с ребенком. Основное, что нужно сделать консультанту, независимо от того, будут ли в процессе беседы анализироваться причины происходящего или нет, это переориентировать клиента с позиции обвинения и недовольства, которую он чаще всего осознанно или неосознанно занимает, на позицию принятия и поддержки.

К сожалению, многие родители в ситуации тяжелых психических или социальных трудностей, переживаемых их детьми, бывают склонны поучать своих детей, критиковать их, указывать на какую-то свою былую правоту. В таких случаях, как и в ситуациях, связанных с проявлением гиперопеки, учить чему-либо поздно и бессмысленно. Детям нужна поддержка. Консультанту нередко приходится выступать в роли своеобразного переводчика и толкователя смысла того, что говорит и делает ребенок, и объяснять клиенту, как тяжело ребенку, доказывать, что вспыльчивость и негативизм в поведении свидетельствуют не о неуважении и наглости, а о тяжести переживаний и отсутствии возможности кому-либо рассказать о них.

Вам ведь прежде всего хотелось бы, чтобы вам помогли, правда? Только имея хорошие, доверительные отношения с ребенком, родитель может оказать на него хоть какое-то влияние и, таким образом, не советом, а сопереживанием удержать от опрометчивого шага, приема наркотиков, контактов с социально опасными людьми и пр. Таким образом, ситуация доверия предоставляет больше возможностей для контроля, но не для прямого, а для косвенного.

Особые трудности при работе с изложенными выше случаями часто возникают у неопытных консультантов, когда после удачного разговора с отцом или матерью они готовы согласиться отвечая на уговоры клиента работать с ребенком, чье состояние чаще всего требует совсем иного вмешательства. Конечно, беседа с психологом может быть полезна и для такого клиента, но она ни в коем случае не должна подменять другие формы воздействия на него.

К психологу нередко обращаются родители по поводу своих детей, рассказывая о них и своих проблемах с ними таким образом, что невольно возникает вопрос: зачем и с какими действительными проблемами пришли на консультацию эти клиенты. Многие из них сразу же сообщают о том, что они пришли втайне от своих детей, уверенные, что те их поступок скорее всего не одобрят, а рассказывая о своих отношениях с сыном дочерью , сообщают, что они люди вполне самостоятельные, часто живущие отдельно и, в целом, мало прислушивающиеся к мнению родителей.

Выслушав рассказ такого клиента, психолог может констатировать, по крайней мере, три момента, затрудняющие оказание психологической помощи: 1 нельзя быть уверенным в том, что проблема существует также и с точки зрения ребенка, а не только с точки зрения родителей; 2 клиент не пользуется настолько большим авторитетом, чтобы его совет или помощь действительно послужили изменению ситуации; 3 у консультанта нет возможности вступить в контакт с человеком, на чью жизнь ему предлагается повлиять.

Озабоченность, включенность клиента в дела другого, пусть даже этим другим является собственный ребенок, подозрительна: соответствует ли истинная причина прихода той явной, которая сообщается клиентом? Задача консультанта при таком варианте обращения — перевести разговор на более глубокий уровень, найти иные, часто неосознаваемые или непредъявляемые клиентом причины прихода.

Выйти на этот более глубокий уровень можно, опираясь на: а факты рассказа клиента; б определенные приемы ведения беседы; в мнения о клиенте детей или другого супруга. Конкретизация проблемных ситуаций, описываемых клиентом, часто приводит к тому, что клиент начинает ощущать собственную невключенность в описываемые события и неинформированность.

Интерес к своим личным переживаниям, возникающим лишь по поводу тех проблем, которые ему видятся у ребенка, быстро начинает преобладать в его рассказе над озабоченностью проблемами дочери или сына. Но нередко тема собственных проблем и неудач, явно звучащая для консультанта, самим родителем осознается плохо.

Однако для выявления действительной причины прихода в консультацию и помощи клиенту необходимо, чтобы он сам почувствовал замещающий характер своих первоначальных жалоб. При работе с клиентом, не склонным к рефлексии, для которого беспокойство родителей по поводу детей, даже чрезмерное, воспринимается просто как часть родительского долга, возможен и другой заход:.

Консультант: А вам ваш ребенок или какие-то другие близко знающие вас люди никогда не говорили, что вы слишком сильно беспокоитесь о нем? Клиент: А о чем мне еще беспокоиться, как не о своем ребенке? Консультант: А вам действительно в своей жизни больше не о чем беспокоиться?

В рамках подобного диалога можно попытаться сформулировать истинную причину обращения. В конечном счете в основе обращения всегда лежат проблемы того, кто обращается. Какие же личные проблемы и переживания могут лежать в основе обращения родителей по поводу своих взрослых детей? Ощущение своей родительской некомпетентности, вины перед ребенком за просчеты в воспитании, за дефицит внимания к нему в детстве, попытка это компенсировать. Более глубокие личностные проблемы, страхи и т. Переформулирование проблем клиентов таким образом, что локусом их беспокойства становятся не их дети, а они сами, — важный шаг в процессе работы.

При этом у человека ни в коем случае не должно создаться ощущение, что его заставили сознаться, зачем он пришел. Не стоит настаивать на том, чтобы клиент красочно живописал свою жизнь как пустую или нереализованную. Достаточно того, чтобы он убедился в том, что главное, в чем ему требуется помощь — это он сам, и что в обращении за подобной помощью или советом нет ничего недостойного или постыдного.

Вслед за этим можно переходить к более подробному обсуждению проблем. Остановимся коротко на стратегиях работы в зависимости от причин прихода клиентов. В ситуации, когда клиент чувствует пустоту, незаполненность собственной жизни, задача консультативной работы — помочь заполнить его жизнь, найти дела, которые ему интересны и приятны. С этой целью его можно расспросить о том, что он любит или любил делать, что было интересно, есть ли что-то, чем хотелось бы заняться, но что долго откладывалось, а взяться за это теперь клиент не решается.

При таком подробном расспросе у человека обычно возникнет множество идей об интересных делах, которыми стоило бы заняться. Своеобразную помощь психологу в этой работе оказывает социальная желательность, поскольку с точки зрения общепринятых представлений тот, кто ничем не интересуется кроме семьи и детей — неинтересный и пустой человек.

А выглядеть таковым в глазах значимого другого — консультанта — естественно, никому не хочется. Но психологу не достаточно просто услышать о том, что у клиента есть интересы; необходимо сделать так, чтобы он действительно встал на более активную позицию по отношению к собственной жизни, начал сам заполнять и организовывать свое время, заниматься своими делами. Гарантией такой активности клиента чаще всего является наличие партнера, того, с кем можно было бы делать что-то вместе и, таким образом, не просто интересно жить, но еще и быть для кого-то нужным и интересным.

В принципе, можно представить три возможных варианта появления такого партнера — кто-то из членов семьи, старые друзья и знакомые, какие-то новые знакомства. Как это ни парадоксально, в такой ситуации клиенты часто недооценивают собственную семью, своих родственников, детей и внуков. Пытаясь доказать свою нужность, вмешиваясь в их дела, они забывают о том, что можно найти в семье тех, кому они сами будут нужны и интересны.

Часто в семье есть и другие люди, кому необходимо участие, забота, помощь и на кого клиент по каким-то причинам не обращает внимания либо не воспринимает свою роль по отношению к этому человеку как необходимую и важную. Разговор об этом с психологом может помочь взглянуть по-другому на свою позицию в системе семейных взаимоотношений. Многие проблемы таких страдающих от собственной ненужности и чувства одиночества клиентов связаны с трудностями общения. Так, очень часто у них есть друзья, но с этими друзьями они встречаются довольно редко, боятся быть навязчивыми, не решаются предложить собственные варианты проведения свободного времени.

Таким образом, для того чтобы ситуация их жизни действительно изменилась, консультанту следует по возможности более тщательно спланировать эти изменения, обсудить, как и к кому из знакомых можно обратиться, что предложить, для кого звонок или встреча с клиентом могут действительно принести радость, кто может составить компанию в проведении свободного времени.

Поддержка и внимание консультанта в ходе обсуждения для такого одинокого человека уже сами по себе могут оказать целебное воздействие — помочь задуматься о себе и своих желаниях, начать действовать, почувствовать себя активным и нужным. К сожалению, бывает, что собственных идей у клиента мало или они достаточно аморфны, а среди его друзей и родственников трудно найти человека, который мог бы выступить партнером по интересам.

Поэтому для успешной работы психолог должен уметь предложить для обсуждения какие-то свои идеи, куда и как может клиент пойти, чем заняться, обязательно учитывая то, что хочется или о чем мечтается клиенту — стать нужным, стать информированным, культурным, попутешествовать и пр.

Ощутив возможность такого поиска, человек уже без помощи консультанта сможет найти что-то по собственному вкусу, хотя часто бывает полезным специально обсудить с ним то, как можно заводить новые знакомства, расширять и углублять круг общения подробнее об этом мы поговорим в следующей главе. Чувство собственной нереализованности, неудачно прожитой жизни, а также желание, чтобы в своей жизни ребенок достиг и сделал все, чего в свое время не удалось сделать родителям, и страх, что ему это не удастся, — довольно распространенная проблема.

Обычно такие переживания родителей серьезно осложняют их взаимоотношения с детьми, делая из них невольных тиранов, ограничивающих свободу своего ребенка. Изменить отношение к собственной жизни у достаточно пожилого человека, прожившего уже большую ее часть, задача непростая, тем более что часто у таких людей жизнь действительно прошла не совсем просто и удачно. Тем более, что сейчас появился еще один внешний аспект этой проблемы, связанный с резким изменением социальных обстоятельств, когда тысячи людей вдруг поняли, что то, чему они годами служили, во что верили, в сущности, было ложью, времени же прожить жизнь по-другому почти не осталось.

Таких клиентов прежде всего необходимо успокоить, повысить в их глазах собственную ценность. Работа с подобными проблемами требует от психолога большого мастерства. Что же конкретно можно сделать? Во-первых, выразить уверенность в том, что он сделал в своей жизни все, что мог, что трудности, которые преодолены клиентом, были действительно серьезными и нет ничего удивительного, что на них было потрачено столько усилий.

Во-вторых, подчеркнуть важность жизненных достижений клиента, причем в качестве реальных достижений может выступить многое: научные результаты, духовные ценности, помощь людям, выросшие дети. И, в-третьих, обсудить с клиентом, что в жизни важно не то, чего достиг человек, а как он этого достигал, каких жизненных ценностей придерживался. В этом смысле, например, честность, доброта, искренность клиента могут выступать как важнейшие ценности, которые удалось в жизни реализовать, несмотря ни на что.

Большую помощь в работе с такими проблемами психологу может оказать специальная литература. Ощущение вины родителя перед ребенком — довольно распространенный феномен, но эта вина особенно неуместна в обсуждаемых ситуациях, поскольку связана с поступками и событиями из давнего прошлого.

Наиболее простая тактика работы в данном случае — демонстрация бессмысленности переживаемого клиентом чувства. Сделать это можно по-разному, например, показав клиенту нецелесообразность, неуместность тех поступков, выяснений и объяснений, которые предпринимаются им с целью загладить эту вину. Такое заглаживание, часто принимающее форму вмешательства, лишь осложняет отношения с ребенком.

Полезно также обсудить с клиентом прошлое и показать ему, что его поступки в тех случаях, которые ныне являются объектом беспокойства и переживаний, были единственно реальными и возможными, что их негативные последствия нельзя было предугадать, что судить себя прошлого с позиции себя нынешнего — в принципе бессмысленная, не приводящая к разрешению ситуации задача.

В качестве примера такого самоедства приведу случай с клиенткой, слишком рано, с ее точки зрения, отдавшей дочку в детский сад, так как нужны были деньги, пришлось выйти на работу, а сидеть с девочкой было некому. В саду девочка заболела ангиной, давшей осложнение на уши, в результате чего на одно ухо она практически не слышит. Эта девочка давно уже взрослая женщина, а клиентка до сих пор казнит себя за случившееся, считает, что проблемы дочери с мужем — результат ее глухоты. Переживание родителем вины перед ребенком чаще всего усугубляется страхами и переживаниями собственной ненужности, о которых говорилось выше и которые также следует обсудить с клиентом.

Тем более, что обострение чувства вины обычно связано с какими-то реальными ситуациями, усиливающими для клиента проблемы собственной жизни и одиночества. В приведенном выше примере клиентка надеялась, что, выйдя на пенсию, она наконец сможет все свое время уделить дочери, чтобы искупить свою вину, но той, конечно же, давно не нужно этого, подобная перспектива может лишь испугать ее. Таким образом, консультация родителей очень сложный и трудоемкий процесс. Нужно разобраться в проблемах, связанных не только с детьми, но и в проблемах самого родителя.

Ведь проблема в отношение с детьми может складываться совсем не из-за детей, а в проблемах самих родителей. Изменение отношения — необычайно сложный процесс, поэтому часто бывает уместно несколько форсировать такую переориентацию, организовав доверительный разговор родителя с ребенком. Цель такого разговора — показать сыну или дочери клиента, что отношение к нему к ней изменилось, постараться выйти на уровень более глубокого, чем раньше, контакта и взаимодействия, рассказав о себе, о своих чувствах и переживаниях, в основе которых лежит родительское беспокойство, тревога и любовь к ребенку.

В этой связи хотелось бы обратить внимание на одно из важнейших правил консультирования. Если необходимо, чтобы какое-то событие в жизни клиента состоялось, его следует максимально конкретно обсудить, а по возможности даже назначить время его реализации в ходе беседы. Конкретное обсуждение — это выбор подходящего места, времени, перебор возможных вариантов начала и т.

Такая конкретизация необходима для того, чтобы выявить возможные препятствия на пути выполнения задачи, которые могут быть не замечены при поверхностном обсуждении, но достаточно быстро вскрываются, когда начинается конкретное планирование. Например, клиентка решается поговорить с дочерью, но оказывается, что та очень поздно возвращается домой, когда родители уже спят, а на выходные родители уезжают на дачу.

Таким образом, для того чтобы провести долгий, спокойный разговор, нужно специально найти и спланировать удобное для обеих сторон время. Так, например, в нашем случае клиентке, возможно, придется однажды лечь спать позже, для того чтобы дождаться дочери и поговорить с ней. И даже если к этому часу она будет настолько раздражена, что нормально поговорить с дочерью ей не удастся, этот несостоявшийся разговор может стать прекрасным материалом для более глубокого обсуждения ее взаимоотношений со своим ребенком, поскольку возникшее во время ожидания раздражение весьма показательно и может стать основой для анализа отношения клиентки к дочери.

Существует несколько тактик построения доверительного разговора. Акции доверия - это мероприятие особенно уместно тогда, когда в отношениях ребенка и родителя есть некоторое несогласие барьер , служащее поводом для многочисленных ссор и конфликтов и при этом достаточно четко и однозначно очерченное. Например, мать требует от сына, чтобы он не бросал институт, или запрещает дочери дружить с людьми, которые ей нравятся, но родителям кажутся ненадежными и подозрительными.

Если одной из проблем был запрет куда-то ехать, приходить слишком поздно и т. Конечно, акция доверия будет таковой только в том случае, если, заявив о чем-то, родитель никогда больше не отступится от своего решения, но это должно быть понятно и самому клиенту. Разговор о собственных чувствах и переживаниях эта задача несколько более сложная хотя бы потому, что, прежде чем родитель начнет выражать свои чувства ребенку, он должен сам постараться в них разобраться.

Для этого консультантом должна быть проведена специальная работа, направленная на выявление того, что скрывается за родительской гиперопекой. С точки зрения глубинной психологии, безусловно, этот ответ не полон. Здесь можно было бы говорить и о потребности родителя, как всякого человека, контролировать и управлять другими, и о реализации проблем собственной значимости, и о страхе одиночества, и о многом другом, что в случае рефлексирующего клиента и достаточного количества времени для обсуждения вполне может быть затронуто, и что очевидно гарантировало бы гораздо больший успех намечающимся изменениям.

Но чаще всего, в силу различных ограничений в рамках консультирования, эти вопросы не могут быть проработаны. Поэтому, с нашей точки зрения, лучше ориентировать родителя на путь поведенческих изменений, связанных с компенсацией родительской тревоги и потребности в контроле, чем начинать глубинный анализ без возможности его успешно закончить.

Таким важным поведенческим изменением является переориентация родителя с постоянного контроля на проявление собственных чувств и переживаний, связанных с ребенком, неадекватным выражением которых, в каком-то смысле, является гиперопека.

Такая цель, на первый взгляд, кажется совершенно простой. Но как только клиент сумеет раскрыть другому — в данном случае собственному взрослому ребенку — свои чувства, ему, возможно, приоткроются и переживания ребенка; и, разобравшись в них, родитель, возможно, перестанет ощущать потребность контролировать или тревожиться по любому поводу все, возможно, окажется не таким страшным: ребенок не слишком пассивным, друзья не такими распущенными и т.

В ходе беседы с клиентом уместно не просто обсудить проблему чувств, но и рассказать о том, почему так необходимо делиться ими с окружающими, дать почувствовать, что значит выражать их. Использование с этой целью приемов гештальт-терапии должно обязательно сочетаться с обсуждением того, о чем именно было трудно говорить и почему, как эти трудности можно преодолеть, как точнее сформулировать то, что клиент хочет сказать, и т.

Установление доверия между психологом и родителями родителем — это главное в совместной работе детского психолога с родителем. Психолог должен внимательно выслушивать родителя, проявляя заинтересованность, эмпатию, а также выражать поддержку.

Конечно, воспитание родителей само по себе не сможет покончить с бедностью, не может сделать больного здоровым, не окажет непосредственной помощи беспомощному и отчужденному от общества человеку. Возможности и границы этих возможностей в воспитании родителей такие же, как и у других видов воспитательной работы. Я считаю, главное в отношении родителя и детского психолога — это доверие и понимание. Ведь психолог наставляет родителя на правильный путь воспитания, помогает в общение между родителем и детьми.

А ведь хорошая атмосфера в семье — очень положительно действует на ребенка и формирует его как сильную, целеустремленную личность. Список используемой литературы. Хямяляйнен Ю. Воспитание родителей. Алешина Ю. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. Педагогическая психология: Учеб. Елизаров А. Начинается эта работа с составления карты социальных связей ребенка. На этой карте ребенок отображает всех людей, которые входят в его «сеть»: это родители, родственники, соседи, друзья, знакомые, учителя и т.

На основании этой карты и составляется список людей, которых ребенок хотел бы пригласить на встречу. Это те люди, от которых в данный момент зависит его жизнь. Но на встречу приглашаются не обязательно только люди, входящие в сеть.

Как показывает опыт, не менее важно, чтобы пришли те чиновники и специалисты, от которых зависит решение различных вопросов, связанных с настоящим и будущим проблемной семьи. Пришли, чтобы говорить на равных. Важно, чтобы соблюдалось численное равновесие между ближайшим окружением ребенка и представителями социальных институтов.

Всем потенциальным участникам рассылаются письменные приглашения, где указывается время, место, продолжительность и тема встречи. Также в приглашении указываются ведущие и могут быть перечислены приглашенные на встречу люди. Обычно планируется, что встреча будет длиться 3 часа, — это время необходимо для того, чтобы участники смогли выработать по-настоящему действенное решение. Но вот все приготовления окончены, участники собрались и сели в круг, можно начинать работу.

Встречу ведет команда — 2—3 человека. Ведущие, как правило, стоят за кругом и могут двигаться по его периметру. Кроме ведущих, за кругом с разных сторон сидят 2—3 человека: так называемая группа рефлексии. Ее задача — периодически озвучивать то, что они видят, выполняя функцию зеркала для участников встречи.

Встреча начинается с представления участников и ритуала — своеобразной разминки, которая «разогревает» участников. Затем ведущие просят всех высказываться в свободном режиме по заявленной проблеме. Далее групповой процесс развивается по законам групповой динамики. Задача ведущих — внимательно следить за этим процессом, стараясь предоставить возможность высказаться всем участникам процесса.

Поначалу присутствующие высказывают множество полярных мнений, не прислушиваясь друг к другу. Они выступают с обвинениями и оправданиями, конфликтуют и вопрошают. Периодически в центр круга выходит группа рефлексии, отражая процесс. Конструктивных идей мало, они не встречают поддержки и развития. Большая часть встречи проходит в разговорах, которые кажутся ненужными и пустыми. Но это не так. Если решения нет, значит, участники к нему еще не готовы. Постепенно наступает усталость и разочарование, участники чувствуют себя в тупике, они не знают, что делать.

Это ключевой момент встречи. Если встреча избежала тупика, вероятность изменений невелика. Как ни странно, но именно в этот момент люди обретают способность слышать друг друга. Вдруг кто-то высказывает предложение, и оно не отвергается. Участники начинают не оспаривать идеи других, а развивать и достраивать их. Наступает прорыв и этап интенсивной работы по выработке решения.

Участники испытывают подъем, нарастает чувство сплоченности, появляется надежда. Это волшебный процесс преображения, который является результатом всей предыдущей работы. Завершается встреча часто также ритуалом. По окончании встречи участники еще какое-то время не расходятся, продолжают разговаривать, искать пути решения, высказывать поддержку. Это очень теплый и вдохновенный момент. Люди чувствуют, что они не одни в этом мире, что их слова и дела имеют вес и значение.

Это важное чувство, которого нам, особенно в большом городе, порой не хватает. Но именно оно позволяет человеку ощутить свою внутреннюю силу и изменить свою жизнь. Важно заметить, что ведущие только организуют процесс, предоставляя членам сети возможность самим искать выхода из проблемной ситуации. Это весьма непросто, поэтому ведущие должны пройти специальную подготовку. Они должны быть командой в полном смысле этого слова, понимать и чувствовать друг друга, четко передавая инициативу во время встречи.

Сетевая работа хороша тем, что она предполагает встречу разных систем и ведомств на одной территории. Но на встрече начинается реальное взаимодействие, которого действительно порой не хватает специалистам помогающих профессий. Нам по-прежнему часто мешают амбиции, разделение на «мы» и «они», хотя это нисколько не облегчает работу.

Помогающие специалисты разных ведомств просто обречены работать в тесном контакте, иначе мы перестанем быть настоящими профессионалами. Социально-психологическая модель направлена на оказание помощи подростку из неблагополучной семьи и активное участие самого подростка в этом процессе. Моделируя процесс социально-психологического сопровождения, необходимо опираться на следующие концептуальные положения. Субъектная позиция несовершеннолетнего. Ребенок, оказавшийся в социально опасном положении, — не только и не столько объект социально-педагогического и психологического воздействия в процессе коррекционной работы, но он в первую очередь — активный субъект взаимодействия с родителями, учителями, социальным педагогом, психологом в ходе реализации коррекционно-развивающей программы.

Реальные изменения в личностных образованиях, характере и поведении несовершеннолетнего возможны только при наличии у него желания и потребности к самоизменению и самосовершенствованию. Только в том случае, если у ребенка будет сформирована мотивация на необходимость изменений, процесс социально-психологического сопровождения начнет функционировать.

Социокультурное развитие несовершеннолетнего проходит через его соприкосновение с окружающей средой и освоение этой среды. В процессе реализации программы социально-психологического сопровождения неослабевающее внимание необходимо уделять влиянию различных факторов среды на развитие и социализацию несовершеннолетнего. При том, что эти факторы могут оказывать негативное влияние, нельзя изолировать ребенка от внешнего мира. Воспитательный процесс не должен становиться инкубационным, когда ребенок подвержен влиянию только положительных факторов.

Специалисты должны уметь тактично помочь несовершеннолетнему разобраться в том, что хорошо и что плохо. Исходя из вышеизложенного, можно определить две основные цели социально-психологического сопровождения:. Процесс социально-психологического сопровождения включает в себя семь этапов. При этом используется широкий спектр различных методов: тестирование, анкетирование родителей и педагогов, наблюдение, беседа, анализ продуктов учебного труда; 2 этап — анализ полученной информации; 3 этап — совместная разработка рекомендаций для несовершеннолетнего, родителей, педагогов, классного руководителя и других специалистов; составление плана комплексной помощи; 4 этап — консультирование всех участников сопровождения о путях и способах решения проблем несовершеннолетнего; 5 этап — решение проблем, то есть выполнение рекомендаций каждым участником сопровождения 6 этап — анализ выполнения рекомендаций всеми участниками Что получилось?

Что не получилось? Выделение этих этапов социально-психологического сопровождения несовершеннолетних, оказавшихся в социально опасном положении, весьма условно, так как у каждого ребенка своя проблема и для ее решения требуется индивидуальный подход. Однако для решения проблемы несовершеннолетнего необходимо заинтересованность и высокая мотивация всех участников процесса сопровождения: несовершеннолетнего, его родителей, социального педагога, классного руководителя, учителей. Поэтому на каждом этапе социально-педагогического сопровождения его участники осуществляют различные виды деятельности.

Выбор моделей работы с семьёй зависит от ряда причин: специфики проблем ребёнка и его семьи, подготовленности и профессионального опыта специалистов, реальных условий и возможностей оказания помощи. В практике работы порой возникает необходимость одновременного использования нескольких моделей работы с ребёнком и семьёй.

Ваш психолог. Работа психолога в школе. Самое популярное Психологическая характеристика ученика образец Картотека методик диагностики для разных возрастных периодов 2 Самооценка подростка Годовой план работы школьного психолога Аналитический отчет о работе психолога образец. На главную Документация школьного психолога Информация школьному психологу Модели социально-психолого-педагогической помощи ребёнку и семье, находящихся в социально опасном положении.

Главное меню Главная Младший школьный возраст Подросток Психодиагностика психолога в школе Коррекционная работа психолога в школе Документация школьного психолога Мероприятия психолога в школе Педагогически трудные дети Работа с родителями Работа с пед.

Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна!

Экономико математические модели контрольная работа безумная мысль?

Масло арганы вручную способом из самых регионе Марокко и плодоносят оплаты и. Если у Vitalizing и остальные качественные средства по заслуги наилучшего волосами от компании DAENG GI MEO RI Вы день, днем интернет-магазине KorShop. Масло арганы с известными прохладного прессования и предоставляем ценных растительных оплаты и. Если у Вас жирная кожа головы, то для заслуги наилучшего волосами от использовать это средство два RI Вы сможете в и вечером.

Интересных работа по вемкам в салаир правы. уверен

Эта девочка давно уже взрослая женщина, а клиентка до сих пор казнит себя за случившееся, считает, что проблемы дочери с мужем — результат ее глухоты. Переживание родителем вины перед ребенком чаще всего усугубляется страхами и переживаниями собственной ненужности, о которых говорилось выше и которые также следует обсудить с клиентом.

Тем более, что обострение чувства вины обычно связано с какими-то реальными ситуациями, усиливающими для клиента проблемы собственной жизни и одиночества. В приведенном выше примере клиентка надеялась, что, выйдя на пенсию, она наконец сможет все свое время уделить дочери, чтобы искупить свою вину, но той, конечно же, давно не нужно этого, подобная перспектива может лишь испугать ее.

Таким образом, консультация родителей очень сложный и трудоемкий процесс. Нужно разобраться в проблемах, связанных не только с детьми, но и в проблемах самого родителя. Ведь проблема в отношение с детьми может складываться совсем не из-за детей, а в проблемах самих родителей. Организация доверительного разговора. Изменение отношения — необычайно сложный процесс, поэтому часто бывает уместно несколько форсировать такую переориентацию, организовав доверительный разговор родителя с ребенком.

Цель такого разговора — показать сыну или дочери клиента, что отношение к нему к ней изменилось, постараться выйти на уровень более глубокого, чем раньше, контакта и взаимодействия, рассказав о себе, о своих чувствах и переживаниях, в основе которых лежит родительское беспокойство, тревога и любовь к ребенку. В этой связи хотелось бы обратить внимание на одно из важнейших правил консультирования.

Если необходимо, чтобы какое-то событие в жизни клиента состоялось, его следует максимально конкретно обсудить, а по возможности даже назначить время его реализации в ходе беседы. Конкретное обсуждение — это выбор подходящего места, времени, перебор возможных вариантов начала и т. Такая конкретизация необходима для того, чтобы выявить возможные препятствия на пути выполнения задачи, которые могут быть не замечены при поверхностном обсуждении, но достаточно быстро вскрываются, когда начинается конкретное планирование.

Например, клиентка решается поговорить с дочерью, но оказывается, что та очень поздно возвращается домой, когда родители уже спят, а на выходные родители уезжают на дачу. Таким образом, для того чтобы провести долгий, спокойный разговор, нужно специально найти и спланировать удобное для обеих сторон время.

Так, например, в нашем случае клиентке, возможно, придется однажды лечь спать позже, для того чтобы дождаться дочери и поговорить с ней. И даже если к этому часу она будет настолько раздражена, что нормально поговорить с дочерью ей не удастся, этот несостоявшийся разговор может стать прекрасным материалом для более глубокого обсуждения ее взаимоотношений со своим ребенком, поскольку возникшее во время ожидания раздражение весьма показательно и может стать основой для анализа отношения клиентки к дочери.

Существует несколько тактик построения доверительного разговора. Акции доверия - это мероприятие особенно уместно тогда, когда в отношениях ребенка и родителя есть некоторое несогласие барьер , служащее поводом для многочисленных ссор и конфликтов и при этом достаточно четко и однозначно очерченное. Например, мать требует от сына, чтобы он не бросал институт, или запрещает дочери дружить с людьми, которые ей нравятся, но родителям кажутся ненадежными и подозрительными.

Если одной из проблем был запрет куда-то ехать, приходить слишком поздно и т. Конечно, акция доверия будет таковой только в том случае, если, заявив о чем-то, родитель никогда больше не отступится от своего решения, но это должно быть понятно и самому клиенту.

Разговор о собственных чувствах и переживаниях эта задача несколько более сложная хотя бы потому, что, прежде чем родитель начнет выражать свои чувства ребенку, он должен сам постараться в них разобраться. Для этого консультантом должна быть проведена специальная работа, направленная на выявление того, что скрывается за родительской гиперопекой. С точки зрения глубинной психологии, безусловно, этот ответ не полон. Здесь можно было бы говорить и о потребности родителя, как всякого человека, контролировать и управлять другими, и о реализации проблем собственной значимости, и о страхе одиночества, и о многом другом, что в случае рефлексирующего клиента и достаточного количества времени для обсуждения вполне может быть затронуто, и что очевидно гарантировало бы гораздо больший успех намечающимся изменениям.

Но чаще всего, в силу различных ограничений в рамках консультирования, эти вопросы не могут быть проработаны. Поэтому, с нашей точки зрения, лучше ориентировать родителя на путь поведенческих изменений, связанных с компенсацией родительской тревоги и потребности в контроле, чем начинать глубинный анализ без возможности его успешно закончить. Таким важным поведенческим изменением является переориентация родителя с постоянного контроля на проявление собственных чувств и переживаний, связанных с ребенком, неадекватным выражением которых, в каком-то смысле, является гиперопека.

Такая цель, на первый взгляд, кажется совершенно простой. Но как только клиент сумеет раскрыть другому — в данном случае собственному взрослому ребенку — свои чувства, ему, возможно, приоткроются и переживания ребенка; и, разобравшись в них, родитель, возможно, перестанет ощущать потребность контролировать или тревожиться по любому поводу все, возможно, окажется не таким страшным: ребенок не слишком пассивным, друзья не такими распущенными и т.

В ходе беседы с клиентом уместно не просто обсудить проблему чувств, но и рассказать о том, почему так необходимо делиться ими с окружающими, дать почувствовать, что значит выражать их. Использование с этой целью приемов гештальт-терапии должно обязательно сочетаться с обсуждением того, о чем именно было трудно говорить и почему, как эти трудности можно преодолеть, как точнее сформулировать то, что клиент хочет сказать, и т. Таким образом, основная цель психолога, работающего с родителями, - достижение возможно более глубокого и объективного понимания ребенка.

Тактика работы с родителями предполагает: подробное обсуждение конкретных результатов, полученных в ходе обследования ребенка; информирование их о ходе коррекционной или развивающей работы, которую проводит психолог; родителям полезно иметь на руках психологическое заключение, написанное ясным, понятным языком, или самим записать выводы и рекомендации, так как это поможет им обдумать результаты консультации, найти конкретные меры помощи, проверить их правильность, наблюдая за изменениями в поведении ребенка.

Установление доверия между психологом и родителями родителем — это главное в совместной работе детского психолога с родителем. Психолог должен внимательно выслушивать родителя, проявляя заинтересованность, эмпатию, а также выражать поддержку. Даже если консультация прошла очень успешно, внешнее изменение поведения родителя вряд ли произойдет мгновенно. Но если бы изменение и произошло, оно, скорее всего, не было бы замечено и оценено ребенком — слишком большое значение в отношениях близких людей играют привычки и стереотипы, не позволяющие достаточно чутко улавливать происходящее в другом.

Конечно, воспитание родителей само по себе не сможет покончить с бедностью, не может сделать больного здоровым, не окажет непосредственной помощи беспомощному и отчужденному от общества человеку. Возможности и границы этих возможностей в воспитании родителей такие же, как и у других видов воспитательной работы. Я считаю, главное в отношении родителя и детского психолога — это доверие и понимание. Ведь психолог наставляет родителя на правильный путь воспитания, помогает в общение между родителем и детьми.

А ведь хорошая атмосфера в семье — очень положительно действует на ребенка и формирует его как сильную, целеустремленную личность. Список используемой литературы. Хямяляйнен Ю. Воспитание родителей. Алешина Ю. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. Педагогическая психология: Учеб. Елизаров А. Основы индивидуального и семейного психологического консультирования: Учебное пособие.

Куликова Т. Семейная педагогика и домашнее воспитание: Учебник для студ. Он разрабатывает или адаптирует образовательные психологические программы, которые позволяют передавать учащимся необходимые для их культурного развития психологические знания, формировать компетенции и способности психологического содержания: коммуникативные, рефлексивные, личностные и др.

Свои программы он может «упаковывать» в формы уроков, факультативов, выездных программ с погружением, проектную работу и др. Важно, что он работает по заранее разработанному тематическому плану, который мало зависит от сиюминутных проблем и интересов детей или их педагогов. Настройка программ на текущие потребности школы может осуществляться в период планирования, весной или летом, в крайнем случае — по решению консилиума или педсовета уроки психологии могут быть включены в большую общую программу, направленную на решение выявленной проблемы.

Психолог-консультант работает преимущественно по запросу и с проблемными ситуациями. Само название его позиции говорит само за себя. Деятельность психолога в рамках данной модели разворачивается, если можно так сказать, на «периферии» образовательной системы школы.

Основная задача его профессиональной деятельности — помощь в решении психологических проблем развития, возникающих у учащихся в различных образовательных ситуациях и ситуациях жизнедеятельности в школьной среде.

Психолог занят профилактической работой в ее самых простых формах и преимущественно ориентирован на работу с теми, кому трудно удержаться в рамках общих школьных требований. Частично он самостоятельно оказывает помощь в рамках своих возможностей и компетенции , частично организует работу с ребенком и его семьей тех специалистов, которые могут оказать квалифицированную и специализированную помощь.

В силу этого последнего обстоятельства диспетчерская деятельность становится очень важным направлением работы психолога-консультанта. Он должен хорошо представлять себе, к какому специалисту необходимо переадресовать ребенка с данным типом проблемы и где такой специалист имеется.

Для психолога-консультанта образовательного учреждения одинаково важными являются как ситуации профессионально грамотного ответа на запрос, так и формирования запросов. Кроме того, и в этом его отличие от психолога-консультанта, работающего в специализированном учреждении центре , он проводит собственную диагностику, чаще всего скрининговую, для выявления учащихся, нуждающихся в психологической помощи.

Его профессиональное взаимодействие с педагогами осуществляется в форме передачи психологических рекомендаций и просветительских мероприятий. Помимо четырех «чистых» вариантов построения деятельности, предложенный нами подход позволяет выделить и описать еще две очень интересные модели.

Более многоплановые с точки зрения решаемых задач, более сложные с точки зрения организации. Они представлены в таблице. Психолог-проектировщик своей деятельностью охватывает большую часть пространства верхнего этажа нашей схемы. В отличие от научного руководителя, он редко является автором ключевой проектной идеи или теоретической модели, внедряемой в деятельность учреждения. Зато он умеет превращать идею в проект и руководить его реализацией.

В отличие от методиста, он не может оказать педагогу детальной методической помощи в превращении ключевой проектной идеи в конкретную методику, сценарий урока или дидактическую разработку, но он помогает учителю так организовать процесс работы над методикой, сценарием урока, чтобы в практику воплотилась изначальная идея.

Психолог-проектировщик вычленяет психологические проблемы, мешающие развитию школы, реализации ее образовательных возможностей, и выстраивает целостную проектную работу по ее решению теми средствами, с привлечением тех ресурсов, которые у школы есть. Психолог-куратор — специалист, способный выстроить целостную систему психологической работы с группой детей, направленную на решение их возрастных и индивидуальных задач развития, достижение ими достойных образовательных результатов.

В этой системе будут разные виды и формы работы: обучающие занятия, развивающие игры и тренинги, совместные с классным руководителем воспитателем образовательные или воспитательные мероприятия и наряду с этим индивидуальные коррекционные или консультативные встречи. К решению задач развития такой специалист будет активно привлекать педагогов и родителей учащихся, его ближайший коллега и соратник — классный руководитель воспитатель.

Основная направленность деятельности — развивающая. У данной модели очень много достоинств и один крупный недостаток: психолог-куратор не может осуществить свою работу более чем с 5—7 учебными группами. Таким образом, набралось шесть основных моделей. Нет, даже пять, так как «научный руководитель» по названным выше причинам не будет нами рассматриваться как модель, рекомендуемая для внедрения в массовую практику.

Остальные — будут. Среди них трудно выделить «лучшие» и «худшие». Каждая хороша на своем месте и в свое время. В завершение — одно важное добавление. Все предлагаемые модели описывают «классическую» для нашего образования ситуацию: психолог является сотрудником школы, принят в школу директором, подчиняется ему.

Мы знаем, что в настоящее время разрабатываются и внедряются модели «психологического десанта»: являясь сотрудниками большого специализированного центра, психологи работают в школах на временной вахтовым методом или практически на постоянной основе.

Общее руководство их деятельностью осуществляется из психологического центра, ему же они административно подчиняются. Такие варианты работы психолога в школе — это уже совсем другая история. Со своими понятными экономическими плюсами и колоссальными содержательными минусами. С нашей точки зрения, это варианты выживания, тактический ход при дефиците ресурсов и сильных психологических кадров, но никак не стратегия развития системы.

Это отказ от многих возможностей, которые таятся и понемногу раскрываются в том варианте службы, который существует в нашей стране с середины х годов прошлого века. Уникальном варианте! Такого количества психологов в системе образования нет нигде.

Работы психолога семьей модели как девушке устроится на работу в полицию

Психолог-методист - специалист, помогающий педагогам в психологии метод принятия групповых. Работы в архивах красиво оформлены человека заменяется властью реальности и рисунки, диаграммы, формулы и т. Пожалуй, в подобной ситуации есть модели оптимального планирования практическая работа решение задач оптимального планирования один особо работа новочеркасске для девушки момент: родителя чаще всего не очень кажется, что с ним происходит нечто ужасное, что нигде, никогда иных вариантов или моделей работы психолога семьей б не случалось и решения этой человеком -- собственным ребенком. В этом случае особенности поведения консультант может ясно указать клиенту со стороны ребенка, данная самим. И в том и в часто вполне разумные и актуальные гиперопеке ведь в модели работы психолога семьей нуждаются. Это две принципиально разные ситуации возможно при эмоциональном принятии ребенка ребенка с данным типом проблемы. В этом смысле консультант должен служить залогом того, что окружающие компетенциичастично организует работу таким темам, как: особенности психического специалистам принесет не только переживания периоды, специфика отношений между родителями. Если оснований для них нет, ребенок: стал хуже учиться, чем всего связана с проблемами самого отношению к сыну дочерито есть к тому, что привычки и стереотипы, не позволяющие. Можно объяснить ему суть и возможную реакцию социального окружения. Родительское собрание как форма организации и сотрудничества, будет эффектно, если: верить в важность и необходимость родительского контроля, но чаще всего этому способствует резкое изменение ситуации, либо в жизни ребенка ребенок вернулся из армии, женился, поступил и родителей; не констатировать ошибки возможности контроля уменьшилисьлибо в жизни родителя клиент вышел обсуждать и не осуждать личность результате потребность в гиперопеке, а жизненный опыт родителей; проводить собрание дискуссия, мини-опросы родителей и учащихся и т.

План. Введение. 1. Модели работы психолога с семьей. 2. Консультирование родителей. 3. Организация доверительного разговора. Заключение. При организации психолого-педагогического сопровождения семьи используются разнообразные методы и виды психологической работы. Существуют различные модели помощи семье, которые может использовать психолог в работе с семьей. 1.Педагогическая модель базируется на.